Кратко
- Нидерландские прокуроры продали криптовалюту, изъятую у Knaken, обанкротившейся нидерландской криптоплатформы, выручив 2,5 миллиона долларов (2,2 миллиона евро) для кредиторов.
- Управляющий оценивает, что клиенты вложили от 12 до 14 миллионов долларов, и говорит, что выручка от продажи в настоящее время является единственными деньгами в конкурсной массе.
- Адвокат одного из пострадавших клиентов поставил под сомнение право прокуроров вообще продавать активы.
Нидерландская прокуратура продала криптовалюту, изъятую у Knaken, выручив 2,5 миллиона долларов (2,2 миллиона евро) на выплаты кредиторам обанкротившейся платформы,по словам назначенного судом управляющего Карла Хамма.
Knaken позволял клиентам в Нидерландах покупать, продавать и хранить криптовалюту через приложение, работая без лицензии, требуемой регулятором рынка страны. Платформа прекратила работу в начале июня, и суд Роттердама объявил её банкротом 16 июля после того, как прокурорыпотребовали ликвидации в общественных интересах.
Хамм оценивает, что клиенты вложили от 12 до 14 миллионов долларов (от 10 до 12 миллионов евро), и сообщил местному вещателю Rijnmond, что выручка от продажи в настоящее время является единственными деньгами в конкурсной массе. Он написал примерно 6300 клиентам, призывая их не питать завышенных ожиданий.
Разрыв имеет структурное объяснение, поскольку клиент, вложивший 100 евро в биткоин, платил Knaken 1 евро комиссии, а Knaken покупал позицию на 99 евро на бирже, сказал Хамм. Эта позиция принадлежала Knaken. На счёте клиента отображалось количество криптовалюты, тогда как на самом деле у него было право на эквивалент в евро, и многие считали, что владеют монетами напрямую. Knaken, по-видимому, также не хранил криптовалюту, соответствующую этим остаткам, сказал Хамм: инвестиции и текущие расходы «давно оказались в одном котле».
«Чья это была криптовалюта?»
Адвокат одного из пострадавших клиентов поставил под сомнение право прокуроров продавать активы. «Чья это была криптовалюта?» — спросил он Rijnmond, сравнив это с гаражом, где припаркована ваша машина, который обанкротился, «и вашу машину продают, а вы ничего с этого не получаете».
Прокуроры заявляют, что у них были веские причины, но отказываются их называть, хотя Rijnmond сообщил, что они, предположительно, опирались на положение, разрешающее продажу изъятых товаров, которые могут потерять в цене. Хамм сказал, что понимает это решение, учитывая, что «стоимость криптовалюты совершенно непредсказуема».
Проблемы начались в 2020 году, когда в результате взлома было украдено 23 BTC. Владелец Рональд Дж. заявил, что кража привела к убыткам в миллионы; по тогдашним ценам монеты стоили около 162 000 долларов (140 000 евро). Он продолжал привлекать клиентов и подписал спонсорские соглашения с «Фейеноордом», «Спартой», «Хераклесом», «Херенвеном» и, ненадолго, с «Аяксом». Клиент под псевдонимом Хенк рассказал Rijnmond, что участие клубов его успокоило, назвав это «действительно скандальным».
На слушаниях по делу о банкротстве стало известно, что Рональд Дж. перевел 2,7 миллиона долларов (2,3 миллиона евро) из Knaken в компанию, которую он контролировал; суд охарактеризовал эту сделку как форму конфликта интересов. Он утверждает, что это было создано для маркетинговой работы, чтобы разделить функции, и предоставил Rijnmond многолетние записи, которые, по сообщению телеканала, не показали признаков того, что он обогатился.
Он не признает цифру инвестиций, указанную управляющим, говорит, что Knaken работал как брокер, регистрируя каждый заказ у поставщика ликвидности, и называет предположение о том, что деньги не были инвестированы, «совершенно неверным и наносящим ущерб», признавая при этом, что существовала непокрытая часть.
Knaken не сообщил о своих проблемах в De Nederlandsche Bank, хотя центральный банк подтвердил, что в то время его полномочия охватывали отмывание денег и финансирование терроризма, а платежеспособность не входила в его компетенцию.










