Генеральный директор Bitget Грейси Чен оценила вероятность покупки правительством США биткоинов для своего стратегического резерва до ухода президента Дональда Трампа с поста как близкую к нулю.
Резюме
- Резерв США содержит примерно 198 000 BTC, полученных в основном в результате процедур конфискации.
- Указ Трампа допускает дополнительные приобретения только за счет стратегий, не влекущих дополнительных затрат для налогоплательщиков.
- Чен заявила, что активные покупки потребовали бы гораздо более масштабного политического решения и политических дебатов.
- Правило о запрете продаж устраняет потенциальное предложение со стороны правительства, но не создает прямого рыночного спроса.
В недавнем интервью генеральный директор Bitget Грейси Чен заявила, что правительство США вряд ли начнет покупать биткоины для своего стратегического резерва в течение следующих двух лет.
«С политической точки зрения это, вероятно, маловероятно», — сказала Чен. «Я просто не вижу, чтобы это произошло сейчас».
Чен сказала, что покупка биткоинов потребовала бы более существенного политического решения, чем сохранение активов, уже находящихся под контролем правительства. Законодателям и политическим партиям пришлось бы обсуждать, как будет работать любая программа покупок, особенно если речь идет о государственных деньгах или изменениях в федеральном учете.
Ее оценка сосредоточена на правилах финансирования резерва, а не на публичной поддержке криптовалюты администрацией. Трамп создал резерв в марте 2025 года, но указ не предусматривал средств для регулярных покупок на биржах.
Правила резерва биткоинов ограничивают прямые покупки правительством
Президент Трамп подписал исполнительный указ от марта 2025 года о создании Стратегического резерва биткоинов и Государственного резерва цифровых активов США 6 марта 2025 года.
Согласно указу, Министерство финансов должно вести кастодиальные счета для биткоинов, окончательно конфискованных в рамках уголовных или гражданских производств или полученных в качестве гражданских штрафов. Федеральным агентствам также было поручено провести проверку своих активов и сообщить о соответствующих активах в Казначейство.
Биткоины, переведенные в резерв, «не подлежат продаже», согласно указу, хотя существующие законы допускают исключения для судебных постановлений, возмещения ущерба потерпевшим, операций правоохранительных органов и определенных требований по конфискации активов.
Белый дом не полностью запретил правительству получать больше BTC. Вместо этого указ поручил Министерству финансов и Министерству торговли разработать стратегии приобретения, которые были бы бюджетно-нейтральными и не возлагали бы дополнительных затрат на налогоплательщиков.
Никакого механизма финансирования или графика покупок к директиве приложено не было. Любой план, связанный с новыми федеральными расходами, потребовал бы одобрения Конгресса, в то время как альтернативы, такие как переоценка золотых сертификатов США, столкнулись бы с отдельными юридическими и политическими препятствиями.
В августовском объяснении политики резерва от crypto.news говорилось, что переоценка золота обсуждалась как один из возможных путей финансирования. Золотые сертификаты Федеральной резервной системы учитываются по установленной законом цене 42,22 доллара за унцию, что значительно ниже рыночной стоимости металла, но использование разницы для финансирования покупок биткоинов потребовало бы законодательного оформления.
Резерв устраняет предложение, не добавляя спроса
По публичным оценкам, правительство США обычно владеет примерно 198 000 BTC, что составляет около 1% циркулирующего предложения биткоинов. Оценка включает монеты, связанные с крупными делами о конфискации, хотя правительство не опубликовало полный публичный аудит, подтверждающий, сколько BTC было окончательно конфисковано и подлежит включению в резерв.
Различие между арестованными и конфискованными активами важно, потому что правительство не обязательно владеет каждой монетой, хранящейся в федеральном кошельке. Арестованные активы могут оставаться предметом судебных разбирательств, требований о возмещении ущерба или возможного возврата потерпевшим, в то время как окончательно конфискованные активы могут стать федеральной собственностью.
При недавней цене биткоина около 78 000 долларов позиция в 198 000 BTC стоила бы около 15,4 миллиарда долларов. Его основной рыночный эффект связан с запретом на продажи, содержащимся в указе, а не с ожидаемым потоком государственных покупок.
До того как Трамп создал резерв, Служба маршалов США регулярно продавала с аукционов биткоины, полученные в ходе уголовных дел. По оценкам Белого дома, правительство продало около 195 000 BTC до указа о резерве, и чиновники администрации утверждали, что более ранние продажи обошлись налогоплательщикам в миллиарды долларов нереализованной прибыли.
Удаление крупной федеральной позиции из потенциальной продажи уменьшает один известный источник рыночного предложения. Это не обеспечивает повторяющийся спрос, который возник бы при покупках Казначейства, совершаемых через установленные интервалы или уровни цен.
Инвесторы в биткоин изначально ожидали, что объявление о резерве поддержит активное накопление, но указ не предусмотрел создание такой программы. Поэтому реакция рынка больше зависит от того, найдет ли администрация законный, нейтральный для бюджета метод финансирования или Конгресс примет отдельное законодательство.
Казначейство ранее исключило активную покупку биткоинов
Министр финансов Скотт Бессент дал аналогичное описание планов правительства в августе 2025 года, когда он сказал, что резерв будет расти за счет конфискованных активов, а не прямых покупок.
«Мы не собираемся покупать этот [биткоин], но будем использовать конфискованные активы и продолжать наращивать его», — сказал Бессент Fox Business, добавив, что правительство «прекратит продажи» своих запасов.
В июньском обзоре резерва сообщалось, что Бессент оценивал федеральную позицию в размере от 15 до 20 миллиардов долларов на тот момент. В отчете также отмечалось, что исполнительный указ поручил чиновникам изучить методы приобретения, нейтральные для бюджета, без разрешения программы покупок на открытом рынке.
Конгресс мог бы заменить текущую договоренность на законодательно установленный резерв. Закон о биткоинах сенатора Синтии Ламмис предлагал приобрести 1 миллион BTC в течение пяти лет, в то время как Закон о модернизации американского резерва, внесенный в мае 2026 года, предлагал период удержания в 20 лет без сохранения той же цели в 1 миллион BTC.
Ни одно из предложений не создало активную федеральную программу покупок. Одобрение Конгресса также обеспечило бы более твердую правовую защиту, чем исполнительный указ, который будущий президент может изменить или отменить.
Американские инвесторы по-прежнему сталкиваются с неопределенным балансом резерва
Для американских инвесторов резерв не предлагает прямого доступа, сопоставимого с долями в биржевом инвестиционном фонде на спотовый биткоин. Его непосредственная значимость заключается в управлении федеральным предложением, поскольку указ ограничивает, когда монеты резерва могут вернуться на рынок.
Публичные трекеры кошельков не могут определить точный размер резерва. Некоторые сервисы учитывают биткоины, хранящиеся на адресах, связанных с правительством, даже когда право собственности, статус конфискации или обязательства по реституции остаются нерешенными.
Федеральная деятельность по хранению может усиливать неопределенность. В июле кошельки, связанные с США, перевели почти 297 миллионов долларов в конфискованных биткоинах и эфире на Coinbase Prime, включая около 3 940 BTC стоимостью примерно 244 миллиона долларов на тот момент и 30 000 ETH стоимостью около 53 миллионов долларов.
Coinbase Prime предоставляет услуги хранения и торговли, поэтому переводы не подтвердили продажу. Глава Galaxy Research Алекс Торн связал биткоины с конфискациями, связанными с Райаном Фараче и закрытой биржей BTC-e, в то время как эфир поступил из кошельков, связанных с отдельным федеральным делом о хранении криптовалют и отмывании денег.
